Піп & People з Олександром Дєдюхіним 19 квітня

Христос воскрес, парафияне. Это Пип & People и я ее ведущий протоиерей Александр Дедюхин из Полтавы. Последние пару дней основным событием, которое обсуждается в медиа пространстве Украины – это было заявление нашего президента Петра Порошенко о том, что необходимо создавать поместную православную церковь. Должна Верховная Рада принять соответствующие заявление вот сегодня и обратится к Вселенскому патриарху Варфоломею с такой просьбой о предоставлении Томаса (Томас – это что-то вроде декрета) про автокефалию поместной украинской церкви. Ну, раз все про это говорят, то и мы тоже поговорим, конечно же.

В первую очередь, для многих возникает вопрос, почему государство якобы вмешивается в церковные дела – мы этот посмотри. И еще Петр Алексеевич употребил такое интересное слово, что мы говорим о конституировании поместной православной церкви. Что это слово означает в данном контексте, безусловно? Первое, почему, да? Почему все таки президент принимает участие в создании поместной православной церкви? Дело в том, что есть такая вот византийская именно традиция. Лично мне она не нравится, но изменить, ни я, ни наши церковные рархи, ни даже Петр Алексеевич ее не в силах, поэтому приходится приспосабливаться. Традиция такая: церковные автокефалии получают не столько поместной церкви, сколько государство. Поэтому Вселенский патриарх, прежде чем выдать украинской церкви Томас про автокефалию, хочет видеть позицию, как власти, так и церковных иерархов. И, хоть церковь отделена от государства, есть миллионы верующих граждан Украины, которые имеют право, чтобы государство Украина позаботилась про признание Вселенским патриархом их церкви, то есть нашей церкви.

Оно, государство, должно выступить менеджером по обеспечению прав своих граждан. К тому же создание поместной украинской церкви – это вопрос нацбезопасности и уничтожения «русского мира», уничтожение агентов влияния Московской церкви. Поместная церковь – это будет даже не гвоздь в крышку гроба «русского мира», а молоток, которым мы все весело и радостно будем заколачивать гвозди в крышку гроба «русского мира». К Петру Алексеевичу может быть много вопросов, но они, в первую очередь, касаются внутренней политики главы государства. Что же касается политики внешней, тут он себя, действительно, проявляет как государственный деятель наивысшего уровня. Вопрос признания Украинской церкви – это как раз вопрос внешней политики, который необходимо решать. И решение данного вопроса исполнит давние чаяния украинцев. Дело в том, что идея украинской автокефалии далеко не новая. Впервые она прозвучала на Соборе в декабре 1917 года, то есть идеи автокефалии уже более 100 лет. А 1 января 1919 года УНР приняла закон про автокефалию Украинской церкви, то есть к 100-летию этого закона мы вполне можем подойти с поместной Украинской автокефальной православной церковью. Еще есть вопрос, что же от всего этого получит Вселенский патриарх. А Вселенский патриарх получит серьезный аргумент в противостоянии с папскими амбициями патриарха Гундяева.

Потому как патриарх Кирилл, мы знаем, он хочет сесть и схватить Бога за бороду, да? Быть первым во всем православном мире. А, получив в союзники украинскую церковь, которая на сегодня является наибольшей церковью в мире, даже больше московской церкви, патриарх Фаломий становится Вселенским не только номинальным, но и действительно первым среди равных всего православного мира. И вот еще какой момент, я, думаю, на него стоит обратить внимание, что создание УПЦ МП в 1992 году стало возможно лишь потому, что сепаратистское собрание 18-ти старых офицеров КГБ, одетых в епископские облачения, мечтало вернуться в сферу интересов России и было очень серьезно Россией поддержано. Создание же поместной церкви, Украинской, это движение в свободе, в Господе нашем Иисусе Христе, и утверждение и исполнение канонов православия, а также укрепление фундамента украинской государственности. И вот еще очень важно подчеркнуть, президент употребил это слово, что, когда мы говорим о поместной церкви, мы ее не создаем. Речь о создании поместной церкви вообще не идет. Мы ее конституируем. В буквальном определении, конституировать – это означает устанавливать, утверждать, определять содержание чего-либо. То есть мы не объединяем механически между собой направления, которые есть сегодня на территории Украины – УПЦ Киевского патриархата, Украинскую автокефальную церковь и УПЦ Московского патриархата. Такое механическое объединение уже неоднократно доказывало свою неэффективность.

И еще вот значение конституирования в юриспруденции, например, понимается как предоставление законной силы какому-то явлению или акту. То есть нечто произошло, как мы имеем церковь, и вот она приобретает свою законную силу. Философия конституирования – это актуализация потенциальных возможностей и открытие новых горизонтов. Поэтому конституирование, в данном конкретном случае, – это, прежде всего, объединение в определенной идеологической платформе, которое приводит не только к признанию церкви, но и к качественно иному развитию православия, которое сейчас необходимо для нашей конфессии. И с конституированием поместной церкви государственность Украины получает свой завершенный цикл. И, мы прекрасно понимаем, что на сегодня политическая государственность является незавершенной, потому что есть открытый духовный канал манипулирования общественным мнением значительной части населения через Московский патриархат. Вот с этим необходимо бороться. Ну и, заканчивая разговор, то есть, что же будет такого страшного, если вдруг декларативные намерения про Томас про автокефалию будут, а Томас они такие не дадут. Вот что же будет страшного? Ничего не будет. Ничего де-факто не изменится. То есть у нас есть церковь, церковь Киевского патриархата, к которой мы принадлежим, она будет дальше развиваться и, предоставление Томаса про автокефалию, оно есть неотвратимым, и рано или поздно это произойдет. Вот и все.

Ну и, безусловно, парафияни, не забываем про молитву. Дело в том, что наши молитвы с вами, это огромная, огромная сила, потому что, если бы мы не молились, то кто его знает, вот эти вот химические атаки происходили бы в Киеве или Тернополе, а не в Сирии, так? Поэтому мы молимся, мы молимся о создании поместной церкви, мы молимся о победе Украины на всех фронтах, и мы молимся, чтобы Господь всех нас благословил.

Христос воскрес. Всем спасибо за внимание. С вами был протоиерей Александр Дедюхин из Полтавы.